Владимир Колесников: важно не то, что ты создаешь, а то, как ты себя позиционируешь
Художник Владимир Колесников
Фото: Денис Яковлев

В мае в краснодарском музее им. Коваленко пройдет персональная выставка Владимира Колесникова «Attention!». В экспозицию войдут картины из серии «Работа над ошибками», которую нынешней зимой показывали в московском «Винзаводе». В преддверии выставки редактор HomeGuide.ru Татьяна Руссо встретилась с художником, чтобы, вспомнив Колесникова вчерашнего, понять его сегодняшнего.

Владимир Колесников определенно из числа художников, которые в представлении не нуждаются. Его работы есть на выставках Галереи 11.12 в Москве (ЦСИ «Винзавод») и Сингапуре, в частных коллекциях Пьера Броше, Умара Джабраилова, Владимира Некрасова, а еще много лет успешно продавались «Айдан галереей» — одной из самых авторитетных московских галерей совриска.

Другое дело, что Колесников у каждого свой: одним он известен как участник крупных российских и международных выставок и автор работ в духе Ренессанса, другим — как создатель «Краба», третьи и вовсе помнят его по живописным пейзажам времен арбата. Сам Колесников шутит на этот счет, что единственное соседство, которое ему претит, — его нынешних работ с работами арбатскими. И тут же добавляет: «Важно не то, что ты создаешь, а то, как ты себя позиционируешь. К своим пейзажам времен арбата я отношусь как к другому виду деятельности».

Владимир Колесников. «Я ни на что не жалуюсь, мне всё нравится»
«Я ни на что не жалуюсь, мне всё нравится». 2017. Холст, акрил, масло, масляная пастель. 90 x 150 см.

Краснодарский арбат, каким его помнит творческая интеллигенция 80-90-х годов, был не просто средоточием субкультур, — он сам был субкультурой. В той или иной мере арбат повлиял на становление художников, чьи имена сегодня известны далеко за пределами края: Нальби Бугашев, Игорь Михайленко, Стаc Серов, Дмитрий Кочанович — и Владимир Колесников. Последний, выпускник краснодарского художественного училища и худграфа КубГУ, на Красной — Чапаева по сей день арендует мастерскую. В каком-то смысле эта комната в коммунальной квартире и есть квинтэссенция арбатской жизни того периода.

Художник Владимир Колесников

Пин-ап, массовая культура и высокое искусство

Владимир Колесников открывает крашенное в белый окно и закуривает. Пространство мастерской наполняет хаотичный набор звуков, доносящийся с Красной, стены начинают резонировать. По периметру расставлены картины разных периодов, и визуально в каждой из них от гравюры больше, чем от живописи. В центре комнаты на мольберте стоит незавершенная картина: эффектная блондинка в стиле пин-ап закрашивает малярной кистью «Флаг» Джаспера Джонса. «Девушки, уничтожающие произведения искусства, есть не что иное, как метафора массовой культуры, которая строится на инстинктах. Я сознательно изображаю это предельно просто, почти как комикс. Для этого беру узнаваемую работу и соединяю ее с девушкой из пин-апа. Он здесь — воплощение желания. И получается: объект низовой культуры уничтожает предмет высокого искусства».

Владимир Колесников. «Джаспер Джонс»
«Джаспер Джонс». 2017. Холст, акрил, масло, масляная пастель. 75 x 90 см.

Реальность картин Колесникова живет в двух плоскостях — как, в общем, и его собственная (последние десять лет художник арендует мастерскую еще и в Москве). Пространство и время у него, кажется, функционируют по другим законам. Взгляд художника неизбежно обращен в прошлое, в эпоху Возрождения, но и неразрывно связан с настоящим — с массовой культурой, клиповым мышлением и переоценкой ценностей. В работах Колесникова, стилизованных под итальянский рисунок эпохи маньеризма, всегда есть минимум два пласта, и каждый создает множество смыслов. Противопоставляя вечное сиюминутному, художник ставит смотрящего в позицию выбора. Что зацепит первым — античная статуя или сексуальная девушка с плаката?

Рисунок — это голая схема, с помощью которой можно транслировать любые мысли.

В этом смысле Колесников — чистый постмодернист. Он играет с культурными кодами, которые принадлежат другим, — и, играючи же, формулирует собственный. Условия этой игры лучше всего считываются в «Работе над ошибками», где временные пласты взаимодействуют уже на уровне сюжета.

Владимир Колесников. River God
River God. 2017. Холст, акрил, масло, масляная пастель. 100 x 120 см.

 

Рисунок для Колесникова — оптимальный способ передачи смыслов. Живопись эпохи Возрождения самодостаточна, говорит художник, в ней сложно открыть что-то новое. Но не рисунок. «Рисунок — это голая схема, с помощью которой можно транслировать любые мысли». Это понимание пришло к Владимиру Колесникову во время работы над первым проектом для «Айдан галереи» в 1998-м, речь о совместном проекте с Дмитрием Кочановичем «Школа Х2. (Ремарка: в 2014 году «Школа Х» войдет в экспозицию «Реконструкция», объединившую самые крупные проекты 90-х.) Несколько полотен в реалистической манере подтолкнули его к созданию собственного стиля. Затем последовал продолжительный период работы с рисунками эпохи Возрождения. Оттачивая технику, художник одновременно модернизировал ее, а спустя время и вовсе отошел от принципов работы старых мастеров.

Рисунки да Винчи и Микеланджело и неоакадемизм

В результате его пластический язык получил некую самостоятельность. Условно: теперь, отказавшись от рисунков да Винчи или Микеланджело, Колесников не перестает быть Колесниковым — его работы узнаваемы.

Владимир Колесников. «Эскиз»
«Эскиз». 2016. Холст, акрил, масло, масляная пастель. 55 x 45 см.

Главное стремление — сделать как можно проще и в то же время эффектнее.

Сегодня каждая последующая картина — это продолжение заданной схемы. Нет отдельно взятой картины — но есть серия, подчиненная единому замыслу. Пока замысел полностью не исчерпан, художник продолжает серию. Однако этот принцип долгое время не срабатывал. До 2003 года, фиксирует Колесников, хрестоматийный вопрос «что делать» стоял весьма болезненно. Были периоды, когда он за год создавал всего три-четыре работы, да и те были «полной фигней». В 2004 году «машина по производству картин», как выражается Владимир, заработала. «Во время создания выставки «Символы» я вдруг четко осознал, что есть генеральная линия, от которой ничто не должно отвлекать. Всё остальное — вкрапления».

Владимир Колесников. «Горгона»
«Горгона». 2016. Холст, акрил, масло, масляная пастель. 80 x 80 см.

Теперь, говорит, идей для новых проектов больше, чем он в состоянии реализовать. Необходимый запас образов, смыслов, тем уже накоплен. Теперь их нужно грамотно перетасовать, совместить или противопоставить, — проще говоря, поиграть ими.
«Конечно, сейчас мне знакомо это состояние — опа, и озарило! Но я понимаю, что еще десять лет назад меня бы так не озарило. Потому что все эти десять лет копил возможности — и техническую реализацию этих возможностей».

Владимир Колесников. «Кусама»
«Кусама». 2016. Холст, акрил, масло, масляная пастель. 90 x 150 см.

Формально стиль, в котором сегодня работает Владимир Колесников, умещается в рамки неоакадемизма. (Направление возникло в Петербурге в конце 1980-х годов. Новые академисты стремились возродить классические традиции живописи, графики, скульптуры и в то же время не стеснялись прибегать к современным методам визуализации — фото, видео, графике.) С той существенной оговоркой, что для создания нового языка Колесникову не понадобились новые технологии.
Сам он говорит, что язык его картин прост для восприятия. Рисунок, тем более образца высокого Возрождения, понятен всем без исключения. «Главное стремление — сделать как можно проще и в то же время эффектнее». Простота эта, однако, обретается в результате многочасовой работы и, если хотите, опыта целой жизни. «На арбате меня часто спрашивали, сколько времени я писал ту или иную картину. Самый точный ответ я нашел у Рембрандта, который однажды сказал: «Всю жизнь и последние два часа».

Художник Владимир Колесников

Владимир Колесников. «Кунс»
«Кунс». 2016. Холст, акрил, масло, масляная пастель. 120 х 140 см.

 

Владимир Колесников. ГоргонаХудожник Владимир Колесников

Рекомендовать друзьям